Хара-моритон — бурятская родовая система боя

Бурятская родовая система боя, передающаяся из поколения в поколение. Согласно преданиям, воины — обученные по системе «хара-моритон», образовывали костяк элитного отряда монгольского войска под предводительством Субедей-багатура,несмотря на то, что в этот отряд набирались преимущественно лесные жители (согласно истории Субедей-багатур происходил из тувинского племени).

Воин, пройдя обучение, обязан был пробежать по спинам бешено несущегося табуна и суметь остаться в живых.

Справка «ИП»: «Черные всадники»

«Хара моритон» («черные всадники») — психофизическая система подготовки у бурят, включающая в себя искусство верховой езды, единоборств верхом и в пешем положении с применением, кроме многочисленных видов оружия, простейших предметов кочевого обихода: кнута, аркана, элементов одежды и подручных предметов типа ветки дерева или обыкновенных камней. Сплав искусства борьбы, метания и кулачного боя рождает высшее мастерство воина с большой буквы. Согласно бурятским преданиям, искусство «всадников» восходит к национальным обожествляемым героям Ажирай Бухэ и Харамцагай-мэргэну, которые во главе дружины прибыли из МОНГОЛИИ в Прибайкалье на лошадях черной масти. Многие приемы и передвижения этой системы построены на имитации движений лошади, чей своеобразный культ существовал у приверженцев тайного учения Хара моритон.

А.К. Медведев.

…Эти парни будто ничем и не отличались от остальных, а все же были заметны. А чем— не пойму… Толя— роста среднего, а Серега и вовсе невысок. На занятия приходили в старой солдатской форме, нет, не той, пятнистой, которой любят щегольнуть “рукопашники”, а в самой что ни на есть обычной, белесо-зеленоватой, выцветшей. Из любой самой «нежной» отработки они умудрялись выйти в контактный спарринг, так что требовалось вмешательство инструктора, чтобы слегка поостудить бойцов.

— Да мы легонечко,— разводили руками Толя с Серегой,— совсем чуток.

— Их не переделать уже,— разъяснил мне мой друг, мудрый Шевцов,— одним словом, “Черные всадники”, и все тут…

— «Черные всадники”?

— Ты послушай. Поехали в Улан-Удэ втроем — мы с моим сыном Андрейкой (он студент) и Серега Трегубенко. Надо сказать, что в Томске у нас Серега считается лучшим рукопашником. Меня ты на тренировках видел, ну, и Андрейка мой хоть и молод, но в кулачном деле совсем не подарок. Компания подобралась что надо, друг на друга смело могли положиться… Ты спросишь, чего нас туда потянуло? Любопытно же узнать, что такое эти “всадники” и с чем их, мама родная, едят. Что за приемы у них, стиль? К слову, иногда их еще кличут “волчьей стаей”. Короче, приехали, представились их главному — Боре Антонову. На вид ему слегка за тридцать, родом— из бурят… Две ночи мы носились по сопкам и бились в полный контакт. Считалось, что каждый дерется за себя, и они нашу тройку пытались разбить поодиночке, но мы-то понимали, что здесь выжить можно, только прикрывая товарища, иначе разорвали бы, “волки”.

На третью ночь Антонов говорит: “Теперь вам предстоит самое главное испытание, если вы, конечно, не слабаки и не трусы. Бой против человека с бичом. Когда человека бьют бичом, он либо ломается и становится рабом, либо переходит за грань — теряет чувствительность к боли и потом ему в жизни вообще ничего не страшно”.

К этому времени мы уже понесли кое-какие потери. Серега, воюя по кочкам, здорово подвернул голеностоп, а у меня от пота и грязи на ноге вздулся здоровенный фурункул. А чтобы хоть как-то увертываться от бича, нужна быть подвижным, как муха. И, значит, выпадало это страшное испытание моему Андрейке.

Время испытания они назначили — шесть минут,— продолжал старый рукопашник, и взгляд его в ту минуту бродил где-то очень далеко,— они мне говорят, мол, может, вам, как отцу, лучше отойти в сторонку, не смотреть, тяжело будет. А я отвечаю, что ничего, вытерплю. И вот начал сынок мой крутиться, вертеться, уворачиваться, да не всякий раз получалось. Через две минуты изловчился, прорвался к «погонщику», вырвал кнут и сбил его с ног…

А потом как-то я разговорился с Толей и Сережей. Больше говорил Толя, а Серега время от времени неторопливо кивал, как бы процеживая сквозь собственное ситечко слова товарища.

— Стиль “Черных всадников” — родовая бурятская борьба, которую, по словам Антонова, он перенял от своего деда. И так шло в их роду из поколения а поколение, чуть ли не со времен Чингисхана. Отсюда и появилось название стиля: ноги — твой боевой конь, руки и туловище — всадник, чернота— цвет ночи,— рассказывал Толя.

— Слепое, безоговорочное подчинение “сенсею” вытравляет из человека доброту. А я не хотел быть зверем. И когда стал сильнейшим среди антоновских учеников, понял — надо уходить. И мне никто не может сказать, что я сломался, не выдержал трудностей. Конечно, бойцовскую школу Антонов нам сильную дал. Но вот “чингисханщины” такой, подавления личности я не принимаю. Да и многие потом ушли.

Отрывок из статьи «Не вооружен, но смертельно опасен /Как и чему я учился у Кадочникова…/» Константин Тиновицкий, мастер спорта СССР

Среди некоторых бурятских родо-племенных групп (хондогоров, булагатов) существовало и такое боевое искусство, как хара моритон («черные всадники»), в котором совмещались элементы искусства верховой езды и единоборства с применением различных видов оружия и предметов обихода кочевых народов (кнут, аркан, ремень и т.п.), борьбы и кулачного боя, метания в цель различных предметов. Согласно преданиям и легендам бурят, боевое искусство «черных всажников» восходит к обожествленным героическим личностям — Ажирай Бухэ и его помощнику Харамцагай-мэргэну, которые во главе военной дружины степных удальцов прибыли из Монголии в Прибайкалье на лошадях черной масти и прославились тем, что защищали местное население от набегов враждебных племен. Сходные виды единоборств бытовали и у других народов Сибири, например, у тувинцев — кюреш, каракюреш, ламакюреш и т.п.

Медицина Реклама