Когда ничего не получается

Статья для тех кто знает это ощущение — когда ничего не получается, и опускаются руки, а помощи ждать неоткуда. И уже не получается даже как-то мотивировать себя словами.

Слово «держитесь»

в трудную минуту меня лично не раздражает. Не вызывает желания ответить: «Ах, вам-то хорошо говорить! А мне каково?!» Я в это слово вот какой смысл вкладываю. Профессор Яров писал о блокаде, изучал документальные свидетельства. И такая история его поразила: детей стали отправлять в эвакуацию по Ладоге, по Дороге жизни. Мест было очень мало, дорога была страшная и трудная, а дети были смертельно истощены. Они уже погибали. И надо было выбрать тех, кто сможет доехать. Выдержать дорогу. Спастись. Страшный, трагический выбор… И дистрофичные врачи шли на хитрость. Деткам говорили: «Видишь, пол грязный! Ты возьми веничек и подмети пол. Покажи, как ты умеешь!» И те дети, у которых оставались силы, брали веничек и начинали мести… Может быть, у них тоже не было сил. Но у них оставалась воля – это заменяет силы. Брали веничек и мели… И кто-то из проверяющих возмутился, какой-то чиновник. А врачи сказали: «Мы так выбираем тех, кто может выжить в дороге. Кто может перенести дорогу и спастись». Это страшная история, но в блокадном Ленинграде других не было. И я думаю иногда, что жизнь – это тоже комиссия. Комиссия говорит: «Возьми веничек. Подмети комнату!» И пока мы можем подмести, пока можем себя заставить – мы будем жить. Нас возьмут в трудный, опасный, но спасительный путь. Надо держаться. Изо всех сил надо держаться. Вот это мы друг другу говорим в трудную минуту, вот в чем смысл этого слова, хотя иногда оно кажется обидным и неуместным. Но что еще скажешь? Не будешь же всем про веничек рассказывать, как я вам рассказала. Держись – это возьми веничек и подмети. Покажи жизни, что ты еще жив и хочешь жить. И тогда шансов на спасение будет больше. Гораздо больше.

Из книги Анны Кирьяновой Ведерко мороженого и другие истории о подлинном счастье

Скорее всего это конечно придуманная история — неужели врачи не смогли бы отличить ребенка, который выживет в пути, от ребенка который не выживет, без просьб о подметаниях. Да и не методы это не то что врачей, а и нормальных людей — отбирать таким примитивным образом детей, которые будут иметь право на жизнь, от тех которые в результате этого эксперимента такого права лишатся.  Как-то можно ведь было придумать и другие методы. Тем более нужно было всего лишь проехать по Ладожскому озеру, а длина «Дороги жизни» была максимум 300 км. То есть весь вопрос выживания даже и ослабленного ребенка — продержаться в пути 8 часов. И дальше уже была «Большая земля».

И с другой стороны, может ребенок который не метет как раз и выживет — потому что силы научился экономить, и не тратит их на всякие дурацкие просьбы.

Медицина Реклама